Донорство органов в России и мире

Содержание
  1. Почему в России не хватает донорских органов | Блоги | ОТР
  2. Эта странная презумпция согласия
  3. Чего боятся российские трансплантологи
  4. Вечное “что делать?”
  5. Российские фобии в отношении трансплантологии
  6. Донорство органов в России
  7. Как стать донором органов при жизни?
  8. Как стать донором органов посмертно?
  9. Сколько стоит донорство?
  10. Трансплантация в России: «Разберут ли меня на органы» и еще 10+ вопросов
  11. Что изменится с принятием нового закона о донорстве?
  12. А если я не хочу быть донором после смерти?
  13. По новому закону все неопознанные в больницах станут донорами?
  14. Все сироты станут донорами?
  15. Правда ли, что органы забирают у живых людей?
  16. Есть ли в России черные трансплантологи и черный рынок органов?
  17. Откуда пошли разговоры о «черных трансплантологах»?
  18. Можно ли продать почку?
  19. Есть же современные технологии, говорят, что ученые научились выращивать любой орган. Зачем же использовать человеческие?
  20. Пересадили орган – стал здоровым?
  21. Церковь против трансплантации?
  22. Возможны ли в России детские пересадки?
  23. Почему мы так боимся?
  24. Как в России устроено прижизненное и посмертное донорство органов
  25. Кто становится донором в России
  26. Как работает отказ от посмертного донорства
  27. Как органы и ткани попадают от покойного донора к реципиенту
  28. Чёрный рынок органов и тканей в России: «миф или реальность»
  29. Уголовные дела о незаконной трансплантации

Почему в России не хватает донорских органов | Блоги | ОТР

Донорство органов в России и мире

DPA/TASS

За год в Российской Федерации проводится порядка полутора тысяч операций по трансплантации органов. Большинство их приходится на пересадку почек – около тысячи. В последние годы количество операций увеличилось в разы.

Но, даже несмотря на такие оптимистические результаты, этот показатель серьезно отстает от потребностей нашего здравоохранения. По оценкам специалистов, ежегодно необходимо проводить около 10 тысяч операций по пересадке органов. В национальный день донора и попробуем разобраться, почему в стране не хватает донорских органов, и что еще мешает развитию отечественной трансплантологии.

Эта странная презумпция согласия

Для начала внесем некоторую ясность. Донорство органов может быть прижизненное и посмертное. Всего в нормативном документе Минздрава от 2015 года перечисленно 24 объекта трансплантации.

От живого донора пересаживаются в первую очередь почки. Наверное, поэтому такие операции и проводятся чаще других. Также может пересаживаться и часть печени. Когда речь заходит о трансплантации сердца или, например, комплекса сердце-легкие, то в таких случаях имеется в виду посмертное изъятие органов у донора.

По действующему законодательству для прижизненного донорства могут браться только органы генетических родственников. Для посмертного такое ограничение не действует.

Более того, в федеральный закон 1992 года “О трансплантации органов и (или) тканей человека”, действующий с поправками до настоящего времени, была включена так называемая “презумпция согласия”.

Она подразумевает, что каждый российский гражданин может стать посмертным донором, если он или его родственники до момента изъятия органа не заявят об отказе от трансплантации.

Эта важнейшая для любого человека норма широко не обсуждалась в российском обществе перед принятием закона. Но законодатели исходили из благих побуждений.

Они стремились спасти жизни больных, обеспечив российскую медицину донорскими органами.

Но почему же тогда их до сих пор не хватает? Причина – в традиционной двойственности российского законодательства и в неоднозначном общественном мнении.

Чего боятся российские трансплантологи

Исходя из буквы закона, российские врачи могут изымать органы умершего пациента, не спрашивая разрешения у его родственников. Основным требованием в такой ситуации является необходимость абсолютно однозначно установить смерть мозга. И эта процедура детально расписана в нормативных документах.

Вот только с пресловутой “презумпцией согласия” не все так однозначно.

И закон 1992 года, и статья 47 федерального закона “Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации” от 2011 года, в которой говорится о пересадке органов, и даже статья 5 закона “О погребении и похоронном деле” настаивают, что сам гражданин или его родственники могут отказаться от передачи органов для последующей трансплантации. Для этого достаточно устно заявить об отказе при свидетелях или сделать это письменно, заверив отказ у нотариуса или главного врача больницы.

Возникает вопрос – как об этом узнать врачам. Спросить у находящегося в коме пациента? Или искать родственников? В ситуации, когда счет идет буквально на секунды, это порой невозможно. Тем более, что по закону этого можно и не делать.

А вот дальше и начинаются основные проблемы. Медицинская практика знает достаточно много случаев, когда граждане обращались в суды, узнав постфактум о том, что у их родственников были изъяты органы для дальнейшей пересадки.

Даже Конституционный суд РФ уже дважды вынужден был рассматривать подобные дела: в 2003 году ему пришлось высказать свою позицию по так называемому “делу Орехова”, а в 2014-м до этой судебной инстанции дошло дело студентки Алины Саблиной. В обоих случаях суд признал действия медиков соответствующими закону. Но ситуация менее взрывной не стала.

Вечное “что делать?”

Инициативу, которая может как-то помочь в решении проблемы, накануне Дня донора обсуждали на пресс-конференции, проходившей в пресс-центре “Национальной Службы Новостей”.

Эдуард Гаврилов, представлявший ее разработчиков из Общероссийского Народного Фронта, рассказал, что она сводится к предложению фиксировать согласие или несогласие на посмертное донорство в водительских правах граждан РФ.

Такая практика существует в США и выглядит логично, учитывая то обстоятельство, что посмертными донорами во всем мире в первую очередь становятся жертвы ДТП.

 Но в ходе обсуждения выяснилось, что российское общество не очень-то готово высказываться на эту тему.

Президент Национального агентства по безопасности пациентов Алексей Старченко напомнил, что опрос, проведенный “Левада-центром” в 2013 году показал: только половина опрошенных (51%) готова обсуждать и принимать какое-либо решение по вопросу о своем возможном донорстве. И многие высказывались против того, чтобы их воля фиксировалась в каких-нибудь документах, которые могут попасть в руки посторонних.

 Проблему может решить создание регистрационной базы, куда будут вноситься согласившиеся или отказавшиеся от донорства. Регистр должен быть доступен только для специалистов.

Это прописано в проекте нового закона “О донорстве органов, частей органов человека и их трансплантации”, разработанного Минздравом и внесенного на обсуждение в Думу еще в 2013 году.

Но его судьба до сих пор абсолютно не ясна.

Российские фобии в отношении трансплантологии

 Российской трансплантологии очень мешают страхи и предубеждения, существующие у россиян. Тот же левадовский опрос продемонстрировал, что только 22 процента из числа согласившихся говорить на тему донорства были готовы отдать свои органы нуждающимся. Многие россияне верят “страшилкам” о высокой криминальности трансплантологии.

Специалисты пытаются апеллировать здесь к логике. По их словам, пересадка органов – процесс высокотехнологичный, в котором задействовано большое количество медиков различной специализации.

Очень трудно представить себе существование таких подпольных клиник. Они сразу же попали бы в поле зрения правоохранителей. И разговоры о продаже органов не более, чем миф.

В России, да и в большинстве стран мира она законодательно запрещена.

Нет препятствий к донорству органов и с религиозной точки зрения. Крупнейшие религиозные конфессии, православная в том числе, поддерживают тех, кто принял решение пожертвовать свои органы больным.

 Назрела необходимость серьезного разговора медиков с обществом. Это очень трудно. Трудно просто сообщить родным о смерти их близкого. Тем более – завести с ними разговор о возможном изъятии органов. Но как показывает практика, лучшие результаты достигаются там, где такое общение идет.

 В Испании и Бельгии, (а эти страны лидируют по количеству доноров органов на миллион граждан – 36,1 в Испании, 32,9 в Бельгии), действует так называемая “мягкая” презумпция согласия. Врачи там обязаны сделать все возможное, чтобы встретится с родственниками возможного донора, выяснить их точку зрения и постараться убедить в необходимости такого шага.

 В России, где всего 3 донора на миллион граждан, врачи пока не готовы к такому общению.

Поэтому, в нашей стране, например, не делаются операции по пересадке сердца детям. Широкое освещение получил случай 2015 года, когда 12-летнюю Вику И.

с помощью президента Владимира Путина удалось отправить в Индию, где ей была сделана операция. Российские законы не запрещают посмертное изъятия органов у несовершеннолетних.

Но наши врачи не могут даже представить себе, как они обратятся к родителям умершего ребенка за таким разрешением.

 В медицине известен “эффект Грина”. В 1994 году 7-летний американец Николас Грин погиб во время путешествия с семьей по Италии, когда на их машину напали грабители.

Итальянские медики обратились к родителям мальчика и получили их разрешение на трансплантацию. Его органы были пересажены семи пациентам. Пресса широко освещала событие и благодаря этому число доноров органов в стране резко увеличилось.

“Эффект Грина” может сработать и в России. Только для этого врачи должны разговаривать с обществом.

Сергей Анисимов

Источник: https://otr-online.ru/blogs/blog-sergeya-anisimova/pochemu-v-rossii-ne-hvataet-donorskih-organov-211.html

Донорство органов в России

Донорство органов в России и мире

Донорство – это предоставление донорами своих органов и тканей для трансплантации другому человеку, а крови – для переливания.

Наиболее распространено по всему миру именно донорство крови и ее компонентов, и проблем с ним обычно не возникает, ведь кровь можно сдавать на протяжении длительного периода жизни. Вредно ли сдавать кровь на донорство? – Нет, это совершенно безопасно, если количество взятой крови не критично для дальнейшей работы организма.

С донорством органов ситуация посложнее, ведь некоторые органы можно получить для трансплантации только после смерти человека.

В России существует Закон , который определяет условия и порядок трансплантации органов и (или) тканей человека, опираясь на современные достижения науки и медицинской практики, а также учитывая рекомендации Всемирной Организации Здравоохранения.

Трансплантация или пересадка органов и тканей человека является средством спасения жизни и восстановления здоровья человека и должна осуществляться на основе соблюдения законодательства Российской Федерации и прав человека в соответствии с гуманитарными принципами, провозглашенными международным сообществом, при этом интересы человека должны стоять выше над интересами общества и науки.

Как стать донором органов при жизни?

Законодательством нашей страны предусмотрено прижизненное донорство парных органов, например, почек и частей органов или тканей, потеря которых не представляет опасности для жизни и здоровья, например, часть печени, часть тонкой кишки, доля легкого, часть поджелудочной железы, костный мозг.

Многие задаются вопросом: какие последствия пересадки костного мозга для донора? – Костный мозг у донора для трансплантации отбирают обычно с бедренной кости.

Это совершенно не опасно, потому что большое количество костного мозга остается в плоских костях донора, и недостатков компонентов крови он испытывать не будет.

https://www.youtube.com/watch?v=3t6eJCEFFLs

Также можно стать донором печени: от живого человека пересаживают одну или две доли печени, которые разрастаются до нормальных размеров в теле реципиента, точно также происходит полное восстановление печени донора.

Процесс прижизненного донорства органов и тканей технически включает в себя следующие этапы:

  • – донор проходит медицинское обследование на предмет отсутствия противопоказаний к донорству;
  • – если донорство осуществляется в пользу конкретного лица, то проводится проверка биологической совместимости донора и реципиента;
  • – донора (а также реципиента, если он уже есть) готовят к хирургическому вмешательству по трансплантации органа; изучаются возможные последствия трансплантации для донора и реципиента; оформляются необходимые документы и получается окончательное согласие на трансплантацию;
  • – проводится хирургическое вмешательство по трансплантации.

Прижизненной донорство в нашей стране осуществляется безвозмездно и только по отношении к родственникам, продажа и подобные средства распространения органов запрещены. Но некоторые органы можно изъять для трансплантации только посмертно.

Как стать донором органов посмертно?

Донорство — это очень благородно, и польза донорства – неоспорима. Особенно важно посмертное донорство органов, когда жизнеспособные органы и ткани от уже погибшего человека способны спасти еще живых тяжело больных. В нашей стране действует презумпция согласия на посмертное донорство.

Это значит, что после смерти каждый человек становится потенциальным донором, если при жизни он не успел оформить письменный отказ от донорства органов. Такой же отказ могут оформить близкие родственники или законный представитель человека, если его волеизъявление не может быть осуществлено.

Наиболее правильным является донорство от молодых и здоровых людей, чья смерть была преждевременной. Это прекрасная возможность продолжить жизнь после смерти, подарив надежду на выздоровление угасающим пациентам, ожидающим донорских органов.

Посмертное донорство особенно важно, потому что только после смерти можно стать донором сердца, тканей глаза, легких.

Опасаться неправомерных действий медицинских работников не стоит, ведь изъятие органов осуществляется только после констатации смерти и только с разрешения главного врача больницы.

Если человек хочет стать донором органов посмертно, то ему не нужно предпринимать никаких действий, просто следить за своим здоровьем, соблюдать здоровый образ жизни. И тогда даже после смерти он сможет совершить благородный поступок.

Для изъятия органов у погибшего ребенка требуется обязательное согласие его родителей — в этом случае применяется презумпция несогласия. Ни при каких обстоятельствах не могут использоваться органы умерших детей-сирот и детей из неблагополучных семей.

Запрещается рассматривать в качестве потенциальных доноров и умерших людей, личность которых не установлена. За изъятие их органов устанавливается уголовная ответственность.

Сколько стоит донорство?

Интернет пестрит объявлениями: «продам почку», «стану донором почки». Однако стоит знать, что официально продать свои внутренние органы, в том числе и почки, не получится. Не получится это сделать не только в России, но и во всех развитых странах, за исключением Ирана. Там продажа разрешена на государственном уровне при тотальном контроле со стороны представителей медицинских ведомств.

Кроме того, с 2013 года вступил в силу закон, который отменил денежное вознаграждение и за сдачу крови донорам. Компетентные эксперты подчеркнули, что безвозмездная сдача крови — мировая общепринятая практика.

Исторически система донорства начиналась в США. И в этой стране, где уже более 40 лет действует система испрошенного согласия, около 65% граждан являются добровольными донорами органов.

Этот факт отражен в национальном регистре, а также в личных документах граждан. По данным российских социологов, среди россиян согласных на посмертное донорство не более 5%.

Еще меньше граждан готовы дать разрешение на изъятие органов своих близких.

Как признался заведующий кафедрой нейро- и патопсихологии МГУ имени М.В. Ломоносова, президент Московского психоаналитического общества Александр Тхостов, он является добровольным донором в США, но «не факт, что сделал бы такой же документ в России». Чисто по психологическим причинам.

«Добровольное донорство не развивается в России не потому, что у нас неграмотное население, — считает эксперт. — В России существует глобальное недоверие между населением и всеми ветвями власти. И к медицине это имеет прямое отношение. Мы постоянно опасаемся, что нас обманут.

И единственный путь для нахождения консенсуса, хотя бы по части каких-то отдельных проблем, — максимальная открытость» .

Источник: https://podarizavtra.ru/articles/donorstvo-organov-v-rossii.html

Трансплантация в России: «Разберут ли меня на органы» и еще 10+ вопросов

Донорство органов в России и мире

Новый закон о донорстве в России, возможно, будет принят уже этой осенью и уже вызвал панику: «Любого, в том числе ребенка, можно будет схватить на улице, разрезать, а потом предъявить бумажки? Не верю, что всё будет чисто. Будет грязно и страшно, так как это – большие деньги», – пишут в соцсетях. Так можно ли будет поймать человека на улице и разобрать на органы? «Правмир» разобрался.

Говорить об органном донорстве в России очень тяжело. Такое ощущение, что при слове «трансплантация» у наших соотечественников отказывает логика и включается чистая паника, а при словах «станет возможным детское донорство» ее градус зашкаливает.

Сейчас в России действует презумпция согласия на посмертное донорство, то есть считается, что стать донором после смерти готов каждый. Но новый закон презумпцию согласия как раз отменяет.

Что изменится с принятием нового закона о донорстве?

Главное нововведение – появится регистр волеизъявлений. Подобные регистры доноров и реципиентов существуют во всех странах. Предполагается, что регистр будет в электронном виде.

В «Федеральный регистр донорских органов и пациентов-реципиентов» будет входить подрегистр, включающий волеизъявления граждан. Волеизъявление – это желание или нежелание человека стать донором после смерти.

Оно не предусматривает какой-то конфиденциальной информации о параметрах его здоровья.

Кстати, согласие на донорство не означает, что органы человека обязательно будут использованы. Дать согласие сможет любой человек, вне зависимости от возраста и состояния здоровья.

А вот станет ли донором человек, изъявивший согласие, будут решать врачи, если у этого человека будет констатирована смерть мозга.

Предполагается, что регистр волеизъявлений будет давать человеку возможность менять свое решение.

Если согласия человека в регистре нет, а смерть мозга у него констатирована, врачи должны будут получить согласие у родственников. Без такого согласия изъятие органов будет невозможно.

А если я не хочу быть донором после смерти?

Новый закон пока не принят, сейчас действует презумпция согласия. Но можно выразить и несогласие, федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан» (статья 47, пункты 6–10) это позволяет.

Там сказано, что совершеннолетний дееспособный гражданин может изъявить свое согласие или несогласие на донорство органов в устной форме, в присутствии свидетелей или в письменной форме, заверенной руководителем медицинской организации.

При желании документ можно заверить нотариально – если человек хочет, чтобы документ имел юридическую силу. Информация о наличии волеизъявления гражданина вносится в его медицинскую документацию.

Если волеизъявление отсутствует, право заявить о своем несогласии на изъятие органов и тканей из тела умершего для трансплантации имеют супруг (супруга), а при его (ее) отсутствии – один из близких родственников.

По новому закону все неопознанные в больницах станут донорами?

Использовать органы неопознанных людей для трансплантации – нельзя, во-первых, человек мог быть не согласен, а во-вторых, информации о его здоровье у врачей нет, на риск они не пойдут.

Все сироты станут донорами?

Дать согласие на использование органов умершего ребенка для донорства могут только родители. Опекуны и попечители такого права не имеют, это автоматически исключает сирот из числа потенциальных доноров. Впрочем, это число и так невелико, стать донором может не любой умерший, а лишь человек с диагнозом «смерть мозга». Как правило, это люди после тяжелейших черепно-мозговых травм.

Правда ли, что органы забирают у живых людей?

В России от живых доноров возможны пересадки только родственникам. Родство нужно подтвердить документами. При этом даже супруги у нас не могут стать донорами друг для друга.

Если пересадка не родственная, донором органов может стать только человек с диагнозом «смерть мозга». Смерть мозга не следует путать с комой и вегетативным состоянием, это – значительно более тяжелое поражение, необратимое и несовместимое с жизнью. Шансов, что такой больной придет в себя – нет, но у него сохраняется дыхание (с помощью аппарата) и кровообращение (собственное).

Смерть мозга констатируют независимо друг от друга несколько специалистов. Стационар, где таких специалистов нет, не имеет права заниматься изъятием органов. Смерть мозга констатируют вне зависимости от того, намерены врачи использовать органы для трансплантации или нет.

Есть ли в России черные трансплантологи и черный рынок органов?

Давайте предположим, что есть. Донор не должен иметь хронических и инфекционных заболеваний, должен быть генетически совместим с реципиентом, совпадения группы крови недостаточно. У донорских органов короткий срок хранения, сердце и легкие – 4 часа, печень и почки – до 24 часов.

Вариант «пересадят в любом подвале» не выдерживает критики. Для трансплантации нужны: современная реанимация, лаборатория, диализный центр, аппараты искусственного дыхания и кровообращения.

Клиника, в которой делают трансплантации, должна быть оснащена по последнему слову техники и иметь не меньше 50 сотрудников.

При этом, как мы помним, вся деятельность нашей гипотетической клиники – противозаконна, она наказуема не только в рамках Уголовного кодекса, но и грозит клинике лишением лицензии.

Можно ли в такой ситуации сохранить секретность? Добавим еще и тот факт, что после пересадки человек должен находиться под постоянным наблюдением врача и пожизненно принимать дорогие лекарства. Государство выдает их бесплатно.

Но кто их выпишет в подпольной клинике? Куда направят наблюдаться? В такой коррупционной схеме должно было быть задействовано очень много людей, каждый из которых рискует всем: репутацией, профессией и свободой.

Откуда пошли разговоры о «черных трансплантологах»?

В 2003 году в цикле «Специальный корреспондент» на канале «Россия» вышла передача о «деле Орехова». Сотрудников координационного центра органного донорства и реаниматологов московской больницы № 20 обвинили в убийстве пациента с целью изъятия органов для трансплантации.

Всех участников «дела Орехова» оправдали за отсутствием состава преступления – следствие установило, что пациент умер до начала приготовления его тела к изъятию органов.

Но после эфира трансплантация от посмертных доноров в Москве прекратилась на год, оставив пациентов, нуждающихся в трансплантации, без шансов.

Второй прецедент – дело Алины Саблиной. В 2014 году эта московская студентка серьезно пострадала в ДТП. Ее доставили в реанимацию в состоянии комы, спустя шесть дней она скончалась.

Уже после смерти Алины ее мать узнала, что из тела дочери были изъяты органы. Она обратилась в суд и потребовала от медиков компенсации морального ущерба.

Однако все судебные инстанции, в том числе и Конституционный суд, в удовлетворении требований отказали.

«Черных трансплантологов» любят писатели и сценаристы, в том числе и за рубежом. То, что человеческий орган дороже бриллиантов – аксиома детективного сюжета, проверить факты сценаристам недосуг. Вот что действительно непонятно – почему выражение «продать на органы» употребляют чиновники.

Именно опасение, что российских сирот на Западе «продадут на органы», было одной из причин принятия закона Димы Яковлева.

При этом никаких подтвержденных фактов незаконной трансплантологии и «разбирания на органы» российских граждан за рубежом – уголовных дел, информации о незаконной деятельности клиник, производстве нелегальных операций – в прессе нет. Не верите – поищите.

О незаконной трансплантации в зарубежных СМИ писали в связи с военными событиями в Косово. Но о том, насколько доказаны эти случаи, идут споры. Кроме того, есть публикации о том, что в Китае изымались для пересадки органы заключенных, приговоренных к смерти.

Можно ли продать почку?

Письма с такими предложениями постоянно приходят в крупные российские клиники, но врачи отправляют их в корзину. В России такая продажа уголовно наказуема. Продать почку возможно, выехав в другую страну. Но далеко не везде, законодательство большинства стран это запрещает. Рассказы об астрономической стоимости почек – миф, а вот вред от такой операции может быть огромный.

В России человека, который готов стать донором для своего родственника, тщательно обследуют, и если потеря почки или части печени грозит риском для здоровья донора, операции не будет.

При коммерческом донорстве обследование вряд ли будет столь тщательным, клиника в этом не заинтересована.

Поэтому для самовольного донора-туриста велика вероятность самому оказаться в очереди на пересадку, уже в России.

Есть же современные технологии, говорят, что ученые научились выращивать любой орган. Зачем же использовать человеческие?

Современная наука действительно может многое. Но выращивание полноценных органов пока невозможно, это – дело далекого будущего, наука только на подходе к этому. Но современные технологии позволяют продлить жизнь.

В середине ХХ века Михаил Булгаков умер от почечной недостаточности. Сейчас он бы жил, но ему пришлось бы три раза в неделю ездить на гемодиализ.

Возможно, великий писатель дожил бы до пересадки, средний срок ожидания почки в Москве – 2-3 года, операция бесплатна.

Но после пересадки Булгакову пришлось бы пожизненно принимать иммуносупрессоры, годовой запас препарата стоит сотни тысяч рублей. Спасает то, что все эти препараты государство выдает бесплатно.

Пересадили орган – стал здоровым?

После трансплантации человек должен находиться под наблюдением врача. Он должен принимать иммуносупрессоры – специальные лекарства, снижающие иммунитет. Даже обычная простуда для такого пациента может быть смертельно опасна. Если прекратить прием лекарств, трансплантат отторгнется.

Церковь против трансплантации?

Вот что сказано в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви: «Пересадка органов от живого донора может основываться только на добровольном самопожертвовании ради спасения жизни другого человека.

В этом случае согласие на эксплантацию (изъятие органа) становится проявлением любви и сострадания».

При этом Церковь категорически против коммерциализации этой области медицины, в этом отечественные трансплантологии с ней полностью согласны.

Возможны ли в России детские пересадки?

Почку или часть печени детям пересаживают уже давно, от взрослых, чаще всего от родственников. Если родственников нет, или их орган не подходит, то – от умерших взрослых доноров. Именно так в центре им. Шумакова спасли маленького бурятского сироту Аюра, умиравшего от печеночной недостаточности.

Сложнее – с пересадкой детям сердца и легких, здесь значение имеет размер, легкие или сердце взрослого детям не подходят. Трансплантацию сердца в России выполняют только подросткам, если реципиент имеет достаточный вес, а донор был небольшой.

Ни одной пересадки детям от умерших детей на сегодняшний день не произведено. При этом никаких законодательных препятствий к пересадке органов детям на сегодняшний день в России нет. Единственное, что мешает сейчас детским трансплантациям в России – моральная неготовность врачей.

К чему они должны быть готовы? Принять все возможные меры к спасению жизни маленького пациента с тяжелой черепно-мозговой травмой, а если спасти пациента нельзя, сказать об этом родителям и задать вопрос, дадут ли они согласие на то, чтобы органы их ребенка спасли других детей.

Еще раз уточним – речь идет о пациенте с черепно-мозговой травмой, которому несколько независимых экспертов поставили диагноз «смерть мозга».

Что же делать? Кто-то из убитых горем родителей, потерявших ребенка, должен проявить добрую волю. В Италии в 1994 году ситуация с детским донорством была совершенно такая же, как сейчас в России. Всё изменила история Николаса Грина.

Почему мы так боимся?

В России не принято говорить о болезни. Не принято заранее готовиться к смерти и оставлять какие-то распоряжения на этот случай, чтобы не «накликать». Говорить о смерти ребенка – невозможно.

И врачи-реаниматологи тоже это знают. У них и так очень трудная профессия, а разговаривать с пациентами они зачастую совсем не умеют и стремятся избегать таких разговоров. Трудным разговорам врачей надо учить.

Это делают во всём мире.

Алиса Орлова

В 2015 году в 47-ю статью федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года были внесены изменения, касающиеся донорства органов, в частности было регламентировано понятие медицинской деятельности, связанной с донорством органов в целях их трансплантации.

Старый закон о донорстве, ныне действующий – федеральный закон «О трансплантации органов и (или) тканей человека» от 22 декабря 1992 года № 4180-1.

Новый закон о донорстве существует в виде законопроекта. Называется он «О донорстве органов человека и их трансплантации». Сейчас он дорабатывается и осенью 2016 года может быть внесен в Государственную думу.

Еще один важный документ – «Порядок установления диагноза смерти мозга человека» № 908н от 25 декабря 2014 года – документ, принятый Минздравом РФ, определяет критерии и процедуры установления смерти человека, утвержденные постановлением правительства Российской Федерации от 20 сентября 2012 года № 950.

Основным международным документом, регламентирующим пересадку органов и тканей, является «Конвенция о правах человека и биомедицине» (Конвенция Овьедо, 1997 года).

Этот документ защищает достоинство и идентичность всех людей и гарантирует каждому человеку уважение к его неприкосновенности.

Конвенция – международно-правовой акт о правах пациентов, в частности, затрагивает вопросы трансплантации органов и тканей.

К Конвенции есть дополнение – «Дополнительный протокол к Конвенции по правам человека и биомедицине относительно трансплантации органов и тканей человеческого происхождения» (ETS № 186), Страсбург, 24.01.2002.

Источник: https://www.pravmir.ru/transplantatsiya-v-rossii-chego-myi-boimsia/

Как в России устроено прижизненное и посмертное донорство органов

Донорство органов в России и мире

Любой гражданин РФ по умолчанию соглашается стать донором после смерти. Если не отказался от этого при жизни.

Фото Getty

Ежегодно в России ощущается нехватка донорских органов — их требуется около 10 тысяч. А тех, кто готов пожертвовать свои органы на трансплантацию, гораздо меньше. В 2017 году было зарегистрировано 896 доноров (564 — посмертно), а всего пересажено 1896 органов.

Органы можно пересадить как от живых людей, так и от мёртвых. Если живой человек может стать донором только кровному родственнику и только парного органа, то у покойного можно изъять несколько органов для последующей трансплантации.

На прижизненное донорство приходится до 20% таких операций. В обоих случаях донор не получает никакого финансового вознаграждения, а за покупку и продажу человеческих органов предусмотрена уголовная ответственность как за торговлю людьми.

Кто становится донором в России

Чтобы стать донором при жизни, нужно соответствовать сразу нескольким критериям: донор должен быть совершеннолетним, дать письменное согласие и знать о возможных последствиях для здоровья. Помимо этого, реципиент и донор должны приходиться друг другу кровными родственниками (кроме случаев пересадки костного мозга) и не состоять в служебной или иной зависимости.

Соблюдение всех условий не гарантирует, что трансплантация состоится, ведь есть ещё и медицинские требования. Например, донор не должен иметь заболеваний, которые могут навредить реципиенту. Кроме того, далеко не все органы возможно изъять при жизни — от живых доноров пересаживают только парные органы, такие как почка или часть печени.

В России запрещено так называемое «эмоциональное донорство» — то есть возможность пересаживать органы не только от живых родственников, но и от посторонних людей. Помощник министра здравоохранения Ляля Габбасова считает, что пока рано говорить о допустимости такой процедуры ввиду отсутствия механизмов защиты донора.

Надо быть абсолютно убеждённым в том, что здесь нет коррупционной составляющей, нет принуждения, важно доказать причастность и желание безвозмездно передать этот орган.

Тем не менее, желающие стать эмоциональным донором существуют. Мария Дубровцева, желавшая стать донором почки для мужа, разместила петицию на Change.org с призывом изменить закон. В настоящее время он запрещает ей помочь супругу, так как они не приходятся кровными родственниками. Петицию подписали около 95 тысяч человек.

По словам Дубровцевой трупную почку приходится ждать около пяти лет, а у неё с мужем анализы подтвердили тканевую совместимость. Это означает, что трансплантация была бы возможна, если бы не запрет.

Согласно законодательству нашей страны, донором может выступить только генетический родственник реципиента. Ещё есть трупное донорство.

Это те самые листы ожидания, очереди на пересадку и ты никогда не знаешь, сколько тебе придется ждать подходящего органа — месяц или пять лет.

Кроме того, продолжительность функционирования трупного органа меньше, чем трансплантата, взятого у живого человека, как и шансов на успех. В случае живого донорства они значительно выше.

Эмоциональное донорство практикуется в США, где орган может пожертвовать начальник или подчинённый реципиента. Тем не менее, этический комитет рассматривает каждый случай в отдельности, чтобы исключить риск принуждения или давления на донора.

Согласно исследованию «Левады», мнения российских врачей по поводу эмоционального донорства различаются.

Противники эмоционального донорства полагают, что возможность пересаживать орган от чужого человека спровоцировала бы рост коммерческих схем, фиктивных браков и иных незаконных практик.

Спорной считается необходимость развивать прижизненное донорство, так как это вредно для здоровья человека, который жертвует свой орган.

Сторонники же уверены, что легализация эмоционального донорства спасёт жизни многих реципиентов, вынужденных подолгу ждать необходимый орган.

Таким образом, в России в большинстве случаев донорами становятся мёртвые люди. Обязательное требование — потенциальный донор должен быть гражданином России. Если умирает совершеннолетний человек, то его органы и ткани трансплантологи вправе изъять без какого- либо предварительного согласия (презумпция согласия), а в случае смерти ребёнка — о согласии или несогласии спрашивают у родителей.

Органы детей изымаются строго с согласия родителей. Если у детей нет родителей и родственников, они живут в детских домах, то такие дети не могут быть посмертными донорами органов.

Учёные в области биоэтики Борис Юдин и Павел Тищенко считают, что такое положение в законе позволяет получать больше органов для трансплантации, а также не увеличивает психоэмоциональную нагрузку на родственников покойного, заставляя их принимать решение в стрессовой ситуации.

Кроме того, если бы было необходимо согласие близких, пропадало бы больше донорских органов. Например, не всегда возможно быстро найти и связаться с родными покойного, или порой те не всегда могут своевременно приехать.

А у врачей нет времени ждать — органы пригодны для изъятия лишь в течение нескольких часов после смерти мозга.

Как работает отказ от посмертного донорства

По закону, совершеннолетний человек имеет право ещё при жизни отказаться от посмертного донорства. Согласно закону, заявить о несогласии можно устно в присутствии свидетелей, письменно, заверив бумагу у руководителя медицинской организации, или же оформить отказ от донорства нотариально. Об отказе также могут заявить близкие родственники в случае смерти гражданина.

На практике нет гарантированного способа отказаться от посмертного изъятия органов и тканей. В России нет единого федерального реестра, куда бы вносили данные о волеизъявлении граждан.

Закон предписывает вносить пометку об отказе в медицинские документы пациента, но из-за отсутствия реестра медицинские работники могут быть вообще не поставлены в известность о желании или нежелании человека стать посмертным донором.

Закон не обязывает врачей ни искать документы на предмет согласия или несогласия, ни обзванивать родственников. Кроме того, законодательство умалчивает о том, кто именно из родных умершего вправе делать такое волеизъявление.

По мнению трансплантолога Сергея Готье, чтобы гарантированно отказаться от трансплантации, пациенту следует выразить несогласие в медицинском учреждении в присутствии свидетелей или же всегда иметь при себе нотариально заверенную бумагу об отказе.

Право на выражение согласия или несогласия было закреплено в 1992 году. За 27 лет существования данного права Минздрав не разработал механизм по его реализации.

Чтобы решить данную проблему и предоставить людям право определять судьбу своего тела после смерти, неоднократно вносились соответствующие законопроекты, но они не приняты.

Речь в них идёт не об отмене презумпции согласия, а об изменении механизма волеизъявления.

Авторы инициативы предлагают фиксировать согласие или несогласие на изъятие органов в единой системе Минздрава, а также в паспорте или в водительских правах.

В случае, если человек при жизни не заявил ни о согласии, ни об отказе от посмертного донорства, то инициаторы предлагают запрашивать согласие у родственников. Такой механизм волеизъявления называется «испрошенное согласие».

Научный сотрудник института пульмонологии Наталья Карчевская считает, что механизм испрошенного согласия создаст нехватку донорских органов.

Согласно опросам, только 46% россиян не исключают для себя возможность стать посмертным донором.

В качестве причин негативного отношения к донорству, эксперты «Левады» называют низкий уровень информированности, страх злоупотреблений со стороны медицинского персонала и страх «чёрной» торговли органами. Каждый второй россиянин считает, что «чёрный рынок» органов и тканей существует.

Как органы и ткани попадают от покойного донора к реципиенту

Чтобы трансплантация прошла успешно, изъять органы необходимо максимально быстро после смерти головного мозга. Чтобы исключить вероятность умышленного убийства пациента, смерть мозга должен подтвердить консилиум врачей. Медицинская ошибка в данном случае исключена: для констатации смерти проводят несколько исследований и тестов и такая процедура занимает несколько часов.

Сам процесс проверок тела и изъятия органов продолжается около суток. После подтверждённой смерти мозга в больницу приезжают специалисты из «Координационного центра органного донорства» (МКЦОД), которые начинают поиск подходящего реципиента согласно листу ожидания. По статистике, пациенты ждут необходимый им донорский орган в среднем от двух до четырёх лет.

Чёрный рынок органов и тканей в России: «миф или реальность»

В интернете встречаются объявления о купле — продаже почки или иных донорских органов. Например, существует сайт «база-доноров.рф», где можно найти объявления различного характера.

Корреспондент «Бумаги» пообщался с продавцами и покупателями на сайте.

Реальных случаев продажи органов и даже случаев предоперационной подготовки ему найти не удалось: некоторые посетители сайта ожидали сделки по продаже органов более двух лет.

На них многократно выходили продавцы, но до сделки не доходило по разным причинам: некоторые мошенники брали предоплату и исчезали, а кто-то просто не отвечал на сообщения.

Издание «Сноб» ссылается на два случая купли-продажи органов в России. Сергей из Ухты покупал почку для своей жены и нашёл орган через агентство. Операция прошла в клинике одного из российских городов и обошлась покупателю в 30 тысяч долларов. Донора им подбирала медицинская организация и операция прошла на следующий день после приезда в город.

В другом случае некая Людмила Лазарева решилась на продажу почки из-за долгов с ипотекой. Сделку ей помогли организовать знакомые врачи, операция прошла в одной из клиник Подмосковья.

Существует мнение, что никакого «чёрного рынка» по торговле органами в России не существует. Руководитель «Национальной Ассоциации в области донорства и трансплантологии» Константин Губарёв поясняет, что в процедуре изъятия органов и трансплантации может быть задействовано до 100 специалистов, поэтому подпольно провести такую процедуру нельзя.

Кроме того, чтобы подготовить пациента к операции и сохранить органы в необходимом состоянии, человека подключают к системе жизнеобеспечения. Процедура трансплантации сопряжена с наличием дорогостоящего оборудования, лекарственных препаратов, специальной лаборатории и минимум 50 человек высококвалифицированного персонала.

Эндокринолог Ольга Демичева утверждает, что опасения населения стать жертвами злоупотребления со стороны врачей беспочвенны. Чтобы изъять и пересадить орган, он должен подходить реципиенту по ряду критериев, поэтому врачи ищут не донорский орган, а наоборот, к уже имеющемуся органу подбирают подходящего по медицинским параметрам реципиента.

Среди пациентов существуют опасения, что врачи намеренно могут не оказать человеку необходимую помощь, чтобы сделать из него посмертного донора. Чтобы не допустить таких случаев, действуют механизмы контроля.

  • Врачи — трансплантологи не оказывают помощь ещё живому пациенту, а приезжают в больницу с согласия главного врача уже после констатации смерти мозга;
  • Каждый случай донорства фиксируется в базе Минздрава. В-третьих, трансплантация осуществляется только в государственных клиниках с соответствующей лицензией.

Еще один распространенный страх связан с мифом, что недобросовестные врачи продают донорские органы за границу. Вероятность такой ситуации сомнительна, так как у человеческих органов очень маленький срок хранения: сердце и лёгкие хранятся четыре часа, печень —12 часов, а почка — не более 20 часов. После этого времени они не пригодны для трансплантации.

Уголовные дела о незаконной трансплантации

В России нет ни одного случая привлечения к уголовной ответственности «чёрных трансплантологов», но большой резонанс получило «дело 20-й ГКБ», произошедшее в 2003 году в Москве. Врачи производили изъятие органов у пациента и во время операции в зал ворвались сотрудники МУР, которые задокументировали «факт подготовки к изъятию органов у ещё живого пациента».

Суд оправдал обвиняемых из-за отсутствия состава преступления. Было доказано, что врачи соблюдали необходимый порядок действий при смерти мозга. После этого случая количество трансплантаций в клиниках существенно сократилось (точной статистики нет).

Ещё один резонансный случай произошёл в 2014 году в Москве. 19-летнюю Алину Саблину, пострадавшую в ДТП, госпитализировали в больницу имени Пирогова, где через несколько дней девушка скончалась. Родители Алины заподозрили неладное, когда узнали о смерти дочери не от медработников, а от похоронного агентства.

Родители погибшей возмутились тем, что их согласия на посмертное донорство не спросили.

Адвокат уверял, что была нарушена и сама процедура донорства, так как изъятие органов и их трансплантация должны происходить в разных клиниках.

Тем не менее, Конституционный суд рассматривать жалобу не стал, сославшись на презумпцию согласия. Родители девушки обратилась в ЕСПЧ, решение по этому делу пока вынесено не было.

Какая процедура волеизъявления наиболее этична? 

Презумпция согласия — когда человек по умолчанию согласен на донорство органов, если он не отказался при жизни

Процедура испрошенного согласия — когда данные о согласии или об отказе от донорства фиксируются в едином реестре. Если человек при жизни не сделал волеизъявление — решение принимают родственники

Презумпция отказа — когда необходимо заявить о согласии стать донором при жизни. В случае отсутствия согласия, человек считается отказавшимся

Показать результаты

Переать

Проать

Статья создана участником Лиги авторов. О том, как она работает и как туда вступить, рассказано в этом материале.

#донорство #здоровье #медицина #лигаавторов #разборы

Источник: https://tjournal.ru/s/health/128613-kak-v-rossii-ustroeno-prizhiznennoe-i-posmertnoe-donorstvo-organov

Бизнес
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: