Демидов Никита, русский промышленник. Демидовские заводы на Урале

Демидовы. История металлургической империи на Урале – Достояние планеты

Демидов Никита, русский промышленник. Демидовские заводы на Урале

Кто сделал Урал железным хребтом Российской империи.

История капитализма в России, который начал бурно развиваться при Петре Великом, прервалась после революции 1917 года и снова возобновилась в наше время.

Чтобы напомнить о том, как предприимчивые коммерсанты, промышленники и финансисты добивались успеха не только в XXI веке, «Лента.

ру» начинает цикл публикаций о бизнесменах Российской империи — тех, кто на протяжении сотен лет вкладывался в экономическое развитие государства.

В России до революции было немало успешных предпринимательских династий, сосредоточивших в своих руках управление целыми отраслями экономики. Демидовы — одна из самых знаменитых. Во многом благодаря их усилиям страна стала лидером в области металлургии, не только обеспечив свои потребности в чугуне и стали, но и превратившись в крупнейшего экспортера.

Железо и кровь

Начав Северную войну со Швецией, Петр I столкнулся с серьезной, хоть и ожидаемой проблемой. Противник у России был сложный, его нельзя было победить только с помощью традиционных преимуществ — многочисленности и стойкости русских солдат.

Шведов, которые нанесли тяжелейшее поражение России под Нарвой, а также сокрушили ее союзников одного за другим, можно было одолеть только за счет качественного перевеса.

Для этого требовалась сильная индустрия, в первую очередь бесперебойное производство «хлеба войны» — металла.

Традиционное суждение о России как о самой богатой полезными ископаемыми стране мира справедливо лишь по отношению к последним двум векам отечественной истории. В Средневековье и чуть раньше ничего этого не было.

Из ресурсов в государстве хватало леса, воды, пушнины, а вот с металлами на Русской равнине как-то не задалось. В отличие от гористой Европы, где многочисленные месторождения железа, меди, серебра выходили практически на поверхность.

К слову, многие историки считают, что недостаток полезных ископаемых был одним из факторов отсталости средневековой Руси.

Как бы то ни было, из железа в стране добывался только «болотный» сорт — руды бурого железняка, довольно бедные собственно металлом, разрабатывались под Тулой и Олонцом. Переработка такого сырья была трудоемкой, а конечный продукт — не всегда высокого качества.

Изображение: Евгений Лансере / Public domain. Петру I нужна была сильная металлургическая отрасль, чтобы победить Швецию и начать строительство Российской империи.

Урал — совсем другое дело. Запасы руды на фоне скудных месторождений центра страны там казались неисчислимыми. И леса, необходимого для приготовления древесного угля, на Камне (так называли уральскую горную цепь первопроходцы) хватало. В той же Туле к началу XVIII века лесные массивы были практически вырублены — для нужд промышленности и строительства.

Судя по всему, металлургия в Уральских горах существовала уже во времена, когда там жили полукочевые древние индоевропейцы, однако после присоединения Урала к Руси никаких серьезных разработок там долго не велось.

Регион осваивали немногочисленные поселенцы — для развития промышленности попросту не было рабочей силы. Да и от центра слишком далеко, чтобы добыча и переработка железа (месторождения цветных и драгоценных металлов на Урале открыли позже) были рентабельными.

Кроме того, в то время хватало тульских мощностей.

К Северной войне сложились все условия для экономического прорыва. С одной стороны, Урал основательно заселили русские колонисты. С другой — металла из традиционных центров индустрии уже не хватало. Петр I, посовещавшись с Берг-коллегией (говоря современным языком — с министерством промышленности), принял решение о строительстве металлургических заводов на Урале.

В 1702 году на реке Нейве на казенные средства был возведен Невьянский завод, давший первый уральский чугун.

Все бы ничего, но даже в только зарождающейся Российской империи эффективность госуправления в экономике, особенно в высокотехнологичных (по тем временам) отраслях была невысока.

Если предприятия поблизости от столицы еще можно было как-то контролировать, то в уральской глуши государственные «менеджеры» чаще всего руководствовались принципом «до солнца высоко, до царя далеко».

Изображение: гравюра И.А. Шлаттера «Обстоятельное описание рудноплавильного дела». В начале XVIII века на Урале появились первые заводы. Некоторые из них передали в частные руки для повышения качества управления.

Из кузнецов — в олигархи

Часть новых предприятий на Урале решили передать в частные руки. Кандидатура на пост управляющего нашлась быстро.

Тульские металлургические промыслы, основанные голландцами Виниусом и Марселисом в первой половине XVII века, стремительно развивались. В городе мастеров было множество кузниц, выполняющих в том числе и госзаказ. Наиболее талантливые и предприимчивые мастера открывали собственные производства. Одним из таких заводчиков был Никита Демидович Антуфьев, происходивший из местных крестьян.

Наиболее популярная историческая версия о возвышении первого Демидова говорит о следующем. В 1696 году Петр I предложил тульским кузнецам выгодный подряд — изготовить 300 ружей по западноевропейскому образцу. Тогдашнее русское стрелковое вооружение по качеству и сложности используемых технологий уступало зарубежному.

Что и неудивительно: в сравнительно бедной стране тяжело было освоить суперхайтек тех времен (по сложности производство ружей вполне можно сравнить с современной индустрией микропроцессоров). При всей конкуренции среди туляков только Никита взялся выполнить заказ. И выполнил.

В результате он получил не только более чем щедрое вознаграждение из казны, но и стал близок к монарху, что в России во все времена было дороже денег.

музей Демидовых в Нижнем Тагиле. Никита Демидов основал династию «железных королей».

Именно Никита Демидович Антуфьев (потомки взяли его отчество в качестве фамилии) и приватизировал только что построенный Невьянский завод.

Ему разрешалось заплатить «железную цену»: расходы казны на строительство были компенсированы в течение шести лет поставками черного металла.

Сделка была выгодной для обеих сторон — Демидовы получали гарантированного покупателя и не несли никаких издержек, связанных с реализацией товара, а для правительства в тех условиях чугун и сталь были ценнее золота.

Никита и его сын Акинфий обладали двумя важнейшими качествами — они разбирались в технологических процессах лучше любого из своих подчиненных и одновременно были прирожденными коммерсантами.

Это позволило им в течение пары десятков лет превратить свой плацдарм на Урале в настоящую империю — за короткий срок они открыли еще пять заводов. Чугуна выплавлялось намного больше, чем требовал Петербург, но и излишки так или иначе шли на государственные нужды.

Из этого же чугуна отлили сотни артиллерийских орудий и более миллиона пушечных ядер. Изделия Демидовых стоили значительно меньше (подчас в два раза), чем продукция казенных заводов.

Тем не менее Демидовы конкуренции со стороны госпредприятий не любили и старались любой ценой выбить их с рынка. Для этого использовались все возможные средства. Несмотря на категорический запрет Берг-коллегии, промышленники открыто переманивали мастеров с государственных заводов, а по слухам, использовали и саботаж.

В военное время все это сходило Демидовым с рук, но после заключения Ништадтского мира на Урал прибыла комиссия, которую возглавил историк Василий Татищев.

Отвертеться от антимонопольщиков XVIII века не удалось, и Акинфий Демидов, унаследовавший компанию от умершего к тому времени отца, был приговорен к штрафу.

Абсолютное доминирование Демидовых было нарушено, но они уже настолько твердо обосновались на Урале, что укрепление государственных заводов и появление новых частных конкурентов не особо повредило их процветающему бизнесу.

Сергей Прокудин-Горский / Библиотека Конгресса США. Бизнес Демидовых быстро развивался, к середине века они владели тремя десятками предприятий.

Акинфий Демидов был, пожалуй, даже более оборотистым предпринимателем, чем его отец. При нем горно-металлургическая империя семьи достигла апогея могущества. Во многом задачу ему упрощала возможность беспрепятственно покупать крепостных для использования на производстве. Такое право было лишь у немногих промышленников того времени.

К середине века Демидовы владели более чем 30 предприятиями, на которых выплавлялось 40 процентов всего русского чугуна. В кратчайшие сроки страна смогла не только удовлетворить свои потребности в металле, но и превратиться в нетто-экспортера железа.

Более того, к концу века Российская империя обогнала Швецию, традиционного лидера европейской индустрии, по объему экспорта черных металлов в Англию и Голландию. Демидовы одними из первых русских промышленников получили право на прямой экспорт железа за рубеж, что и поспособствовало их дальнейшему обогащению.

Из-за использования труда крепостных условия на заводах Демидовых были очень тяжелыми. По крайней мере, по сегодняшним меркам. Травматичность и смертность были исключительно высокими (впрочем, как и на других европейских заводах в ту эпоху).

В то же время работа на Демидовых открывала и огромные возможности. Бывший крестьянин с умелыми руками и головой на плечах мог быстро повысить квалификацию.

Крестьянин на селе не заработал бы и за всю жизнь столько, сколько платили в год на демидовских заводах мастерам и опытным рабочим.

Акинфий Демидов старался лично контролировать все производственные процессы. К примеру, он уже в XVIII веке ввел систему мониторинга разговоров сотрудников, которой позавидовали бы и работодатели XXI столетия. Речь о «падающей башне» Демидовых в Невьянске.

Акустика строения была такова, что из своего кабинета «хозяин Урала» мог слышать почти все, о чем толковали его проходившие поблизости работники — о чем они, естественно, не догадывались.

В результате предприниматель знал о настроениях на заводе лучше, чем его «менеджеры среднего звена» на местах, что благоприятно сказывалось на управлении предприятием.

С.А. Гаврилов / Wikipedia. Невьянский завод и «падающая башня» Демидовых.

Из олигархов — в европейские князья

Часто бывает так, что внуки бизнесменов успешно просаживают огромные состояния. Но это явно не случай Демидовых. Семья знала как минимум пять поколений успешных предпринимателей, год за годом множивших финансовое могущество своей компании.

Хотя Демидовы отличались многодетностью и имущество приходилось делить на нескольких наследников, вплоть до середины XIX века они сохраняли за собой титул королей металлургии.

Предпринимательская жилка у них была так сильна, что некоторые из представителей династии, в молодости отличавшиеся любовью к кутежу, затем превращались в образцы купеческой этики и благочестия.

Таковым был, к примеру, Николай Демидов, правнук основателя металлургической империи. При Павле I его даже пришлось взять под опеку, чтобы он не растранжирил состояние. Но впоследствии он проявил себя как исключительно сильный управленец, внедрял наиболее продвинутые методы работы. При нем Нижнетагильский завод стал одним из самых высокотехнологичных металлургических предприятий Европы.

Все же в XIX веке династия Демидовых постепенно превратилась в классических представителей «старых денег», в основном прославившихся своей филантропией, меценатством и служением государству. Сын Николая Демидова Павел, к примеру, стал крупным чиновником и получил должность курского губернатора.

Изображение: Карл Брюллов / Wikipedia. Анатолий Демидов — европейский князь и крупный русский меценат.

Его брат Анатолий прославился еще больше. Живя в основном в Европе, он как-то выкупил итальянский титул князя Сан-Донато у спившегося приятеля. Он рассчитывал, что европейское дворянство высшего звания откроет перед ним двери всех дворцов Петербурга.

Но просчитался. Проблема бегства капиталов из России существовала уже тогда, и трата огромных денег на покупку имений за рубежом раздражала императора Николая I. Никакого монаршего расположения княжеский титул потомку великих промышленников не принес, равно как и женитьба на племяннице Наполеона Бонапарта.

Анатолий продолжал стараться: в 1840-е годы он пожертвовал полмиллиона рублей на строительство «Дома призрения трудящихся» в Петербурге, а также на детскую больницу в городе. Но своим при дворе русско-европейский меценат так и не стал.

***

Закат империи Демидовых наступил после реформ 1860-х годов, когда русская промышленность получила необходимый толчок. Новые промышленники, использовавшие более прогрессивные технологии и умевшие обходиться без крепостного труда, серьезно потеснили Демидовых на металлургическом рынке страны.

Да и значение Урала в целом снизилось — дешевый уголь Донбасса обеспечил превосходство в отрасли Донецко-Криворожскому промышленному району. Акции Демидовых в их собственных предприятиях постепенно скупались банками. В итоге к революции 1917 года их доля в компании была ниже четверти.

А советская власть лишила и этого.

Историческое значение Демидовых, однако, трудно переоценить. Долгие годы они были пионерами металлургической индустрии, чьему примеру следовали другие промышленники. До сих пор на Урале действуют десятки предприятий, построенных династией «железных королей».

Самый первый уральский металлургический завод в Невьянске в начале XX века был переквалифицирован в машиностроительный. И работает по сей день, успешно пережив и советскую власть, и лихие девяностые.

Источник

Рекомендуем к ознакомлению:

БОЛЬШИЙ ШИГИРСКИЙ ИДОЛ

ЧУДО СЕЛА ЧУСОВОЕ. ПОЛИГОНАЛЬНАЯ КЛАДКА НА УРАЛЕ

Источник: http://dostoyanieplaneti.ru/4744-emidovy-storiya-metallurgicheskoj-imperii-na-rale

Демидовские заводы: описание, история, продукция и отзывы

Демидов Никита, русский промышленник. Демидовские заводы на Урале

Петр I, прорубив окно в Европу, дал толчок активному развитию русского бизнеса и освоению Сибири.

Царь-новатор щедро раздавал преференции, земли, заводы талантливым и оборотистым предпринимателям, являвшимся пред царевы очи из самых низов.

Светлейший князь Меньшиков – не единственный, кто получил статус, капиталы, влияние в высшем обществе. Аристократами становились мастеровые, умело делающие свое дело, радеющие не только за свой карман, но и за мощь государства.

Род Демидовых

Династия Демидовых сделала огромный вклад в развитие уральского и сибирского регионов, становление промышленности, горнодобывающей отрасли, разведку полезных ископаемых.

Нажив миллионные состояния, каждый из Демидовых делал щедрые пожертвования в развитие искусств, постройку школ, приютов, больниц.

Род Демидовых начался с мелкого тульского оружейника Демида Григорьевича Антуфьева, удачно презентовавшего царю ружья собственного производства.

Первый Демидовский завод

Славу и почести принес роду старший сын Демида – Никита. Он отличался смекалистостью, предприимчивостью, огромной трудоспособностью. Именно с его подачи Петр I смог оценить качество тульского оружия. Арифметика была простая: качество ружей не уступало заграничным, а стоили они гораздо дешевле.

Тогда и повелел царь Никите быть поставщиком оружия для армии. Дело происходило в период Северной войны. Своим распоряжением Петр I в 1701 году велел предоставить Демидову в собственность Стрелецкие земли в Тульской губернии, а для обеспечения производства отдать угодья в Щегловской засеке, богатые углем.

Держава активно занималась строительством заводов, царь быстро осознал выгодность сотрудничества государства и частного бизнеса. Еще строящийся Верхотурский завод на Урале в 1702 году был отдан Никите Демидову с обязательством выплатить казне стоимость строительства в течение 5 лет и поставлять в армию оружие и металл.

Так начали строиться и развиваться знаменитые Демидовские заводы. Демидовы правили на Урале 250 лет, до революции 1917 года. После, как и большинство дворянских семей, они рассеялись по миру.

Самые малые семейные потери претерпела итальянская ветвь рода, те же, кто остался жить в России, были расстреляны или умерли от лишений.

Промышленное наследие Демидовых

История Демидовских заводов – это победное шествие первой волны индустриализации в России. Обустраивая собственные предприятия, Демидовы основывали города, развивали инфраструктуру, строили дороги, заселяли глухие уральские чащи людьми, разведывали полезные ископаемые не только в Уральских горах, но и в Сибири, Крыму.

Первый завод из рук царя был получен в 1702 году, к 1727 году промышленных предприятий, построенных Демидовыми, было уже шесть, все они были ориентированы на железоплавильное производство:

  • Шуралинский.
  • Быньговский.
  • Выйский.
  • Нижнетагильский.
  • Нижнелайский.
  • Верхнетагильский заводы.

После смерти Никиты Демидова его сын Акинфий с большим рвением стал расширять семейное дело, и к 1745 году Демидовские заводы были построены в разных регионах Урала и Сибири. Всего за свою историю династия Демидовых владела 50-ю предприятиями.

В активе были заводы железо- и медноплавильные, основное направление производства – оружейное. Для обеспечения работы предприятий активно развивалось горнорудное дело. Но, как все предприниматели, Демидовы занимались и сопутствующими промыслами.

Это добыча и обработка полудрагоценных и драгоценных камней из уральских рудников, добыча золота и серебра.

Новаторство

Демидовские заводы, рудодобывающие шахты и другие технологичные предприятия приносили прибыль хозяевам, делая Демидовых монополистами в некоторых отраслях. Разработка, добыча, выплавка и транспортировка меди не давала желанной прибыли, но закрывать дело было не в правилах династии. И тогда Акинфий Демидов нашел еще одну «золотую жилу» бизнеса – медную посуду.

Самовары из меди были дорогим приобретением для любой семьи, их доставляли издалека. Ситуация изменилась, когда на Нижнетагильском заводе Демидова стали выпускать самую разную посуду из металла, в том числе медные самовары.

Они выпускались для приготовления сбитня, варки пельменей, приготовления горячих чаев на основе пахучих трав. Акинфий Демидов был первым в России промышленником, наладившим массовое производство металлической посуды. Бытовые предметы демидовского производства были высокого качества, но различны по исполнению.

Их приобретали вельможи и крестьяне, для каждого находилось доступное по карману и нужное по красоте.

Основанные Демидовыми уральские заводы и сегодня продолжают свою работу.

Например, в Свердловской области работает современное металлургическое предприятие, которое в народе называют по старинке – завод Демидовский.

Каменск-Уральский завод до 1947 года имел оборонный профиль, позже здесь открыли небольшой цех по производству посуды. Сегодня ЗАО лидирует в России по производству алюминиевой посуды с антипригарным покрытием.

Демидовский завод алюминиевой посуды

Свои заводы Демидовы строили на совесть, оснащали по последнему слову техники, места выбирали самые удобные, развивали инфраструктуру. Многие из них и сейчас именуют «Демидовский завод».

Посуда, выпускаемая на базе демидовского наследия в городе Каменск-Уральский, отвечает требованиям современности.

По отзывам потребителей продукция современного демидовского производства удобна в использовании, практична и красива.

Алюминиевая утварь – практически вечное приобретение, она служит нескольким поколениям семьи. Качественные пароварки и соковарки позволяют вкусно и быстро готовить повседневные блюда, делать заготовки на зиму.

Также ЗАО “Завод Демидовский” запустил линию посуды с антипригарным покрытием. Кастрюли и сковородки с тефлоновым покрытием имеют высокий спрос в России, их производство неуклонно растет.

Потребителям предлагают новые модели безопасной и качественной продукции.

Литейное дело

Демидовские заводы на Урале одними из первых стали поставлять литые металлические изделия не только в России, но и за границу. Демидовский чугун «Сибирский соболь» соперничал по качеству со шведским и английским и часто побеждал в конкурентной борьбе.

Демидовский литейный завод в Екатеринбурге известен и сегодня. Предприятие выпускает литые металлические изделия для буровой, нефтегазовой промышленности.

Также современный «Демлит» известен многими отлитыми на предприятии памятниками, чугунными оградами тонкой работы.

Возможности художественного и промышленного литья из разных металлов на заводе практически неограничены, здесь выполняется множество индивидуальных заказов.

Злато и серебро

Урал и Сибирь – богатые регионы, где полезные ископаемые в промышленных целях первыми стали разведывать и добывать Демидовы. Золотые и серебряные промыслы стали объектом внимания династии с 1736 года, когда на Алтае были открыты месторождения драгоценных металлов.

По слухам первоначальная разработка велась втайне от государева глаза. Долго не удавалось выплавить чистое серебро. Лишь с приходом на завод саксонских мастеров удалось наладить полноценное производство. Алтайские рудники в Змеиных горах оказались очень прибыльными.

Демидовыми велась их активная разработка, они же основали здесь город Змеиногорск.

Ювелирное дело сегодня

Демидовский ювелирный завод расположен в Барнауле. Это современное крупное производство в Алтайском крае. Для изготовления ювелирных украшений используется драгоценный металл отечественной разработки, а бриллианты – только якутские. Мастера трудятся на высокоточном оборудовании итальянского и немецкого производства.

Количество изготавливаемых ювелирных изделий позволяют предприятию делать оптовые поставки по всему миру, но мастера с удовольствием берутся и за штучную работу.

По желанию заказчика ювелиры разработают индивидуальный дизайн, подберут драгоценные и полудрагоценные камни. Каждое изделие – шедевр ювелирного искусства.

Демидовские заводы продолжают свою жизнь в новых условиях, но сохраняют традиции новаторства и качества. Их продукция конкурентноспособна и пользуется спросом у самых требовательных заказчиков.

Демидовское дело

Уже давно Демидовские заводы живут своей жизнью. Что-то разрушено, что-то безвозвратно утрачено, но многие предприятия продолжают работать и прославлять своих основателей. Построенные Демидовыми города сейчас полны жизни и продолжают расти и развиваться. Изыскания полезных ископаемых, проведенные династией, до сих пор актуальны.

Кроме практической стороны жизни, Демидовы много занимались благотворительностью. Суммы их вкладов по тем временам были огромны и соответствовали бюджету небольшого государства. Ныне есть свежие начинания, связанные с именем Демидовых. Например, в 1991 году начало свою жизнь Демидовское движение, был основан Фонд в их честь.

Основной идеей движения является служение Отечеству по примеру старинного рода. Фонд занимается изучением исторического наследия, поддержкой научных исследований, искусства, ремесел, культуры в целом. Также своей деятельностью Фонд поощряет проекты в сельском хозяйстве, военно-промышленном комплексе и многое другое.

В рамках деятельности проводятся лекции, устанавливаются памятники, создаются парки, возрождаются народные традиции.

Источник: https://FB.ru/article/247128/demidovskie-zavodyi-opisanie-istoriya-produktsiya-i-otzyivyi

Демидовы против Лугининых: война

Демидов Никита, русский промышленник. Демидовские заводы на Урале

Южный Урал в XVIII столетии был территорией, где заканчивалась Российская империя и начиналась кочевая Азия.

Здесь в ходе Оренбургской экспедиции (1734-1744), созданной для организации торговли с народами Средней и Центральной Азии, возводится линия крепостей по рекам Самаре и Яику и в лесостепи “Зауральской Башкирии”.

Строительство укреплений привлекло в эти земли русских переселенцев, вслед за солдатами, казаками и крестьянами приходят заводчики, чьим попечением на диких окраинах возникли горные заводы.

“Горный завод – главная структурная единица Урала. Промышленный Урал состоял из горных заводов, как держава – из городов…”1.

Так, на Южный Урал пришли представители славных тульских родов – Демидовы, Мосоловы, Лугинины.

К концу XVIII в. “крупнейшему купеческому роду Тулы” Лугининых принадлежали пять заводов на Южном Урале2. Однако экспансия этого рода тульских заводчиков на Урале столкнулась с противодействием другого не менее крупного и славного тульского рода – Демидовых. Их борьба растянулась на несколько лет и стала поучительнейшей страницей истории промышленного освоения Южного Урала.

Предыстория этих событий была долгой. Мануфактурное металлургическое производство в России возникло позже, чем в Европе, но оно получило стремительное развитие, и роль Урала в этом трудно переоценить3.

Качество уральского железа во многом зависело от древесного угля. Лес становился жизненно необходимым для металлургического производства. Каждому горному заводу была необходима земля с “лесными дачами”.

Как расстроился брак миллионера Демидова и племянницы Наполеона

До появления на Южном Урале драгун и казаков Оренбургской экспедиции все эти земли принадлежали кочевым башкирам. В 1736 г. императрица Анна Иоанновна разрешила “для лучшей их впредь пользы” покупать “у башкирцев” земли “тамошним жителям” дворянам и офицерам4.

В 1751 г. тульский заводчик Мосолов “на построение и содержание” Златоустовского “железного” завода приобрел башкирскую землю “окружностью” в пятьдесят верст5.

Указ на строительство Златоустовского завода Иван “Меньшой” Мосолов получил 31 августа 1754 г. Этот год считается годом основания города Златоуста. В 1769 г.

Василий Максимович Мосолов (племянник Ивана “Меньшого”) продал Златоустовский завод “тульскому купцу и фабриканту” “Лариону Иванову сыну Лугинину”6.

П. Свиньин. Златоустовский оружейный завод. Первая четверть XIX в.

Империи Лугининых и Демидовых

Илларион (Ларион) Иванович Лугинин, тульский купец, “медных, железных заводов, полотняной и бумажной фабрик содержатель”, активно участвовал в промышленном освоении Урала с 1760-х гг.7 Еще в 1754 г.

он приобрел “за Уралом горою землю, за которою землю с лесами и угодьями взяли все те же вотчинники “башкирцы” от них Лугининых на обще-мирские их нужды денег 300 рублей”8.

Земли были обширными, хотя точные границы владений Лугининых теперь можно установить только отчасти.

Как потомки заводчиков Демидовых жили в Европе

В 1755 г. Демидовы, обратившие внимание на Урал, начали строительство Кыштымских заводов (Верхнего и Нижнего), расположенных примерно в сотне километров к северо-востоку от Златоустовского. К 1757 г.

оба Кыштымских завода уже были выстроены, а вокруг них появились небольшие поселки9. Так возник Кыштым.

Горный завод мог быть построен только на реке, сила “вододействующих машин” зависела от высоты плотины, на “горе” около четырех метров высотой ставили цеха и запускали первую печь10.

Основал Кыштым Никита Никитич Демидов, один из сыновей знаменитого Никиты Демидовича Демидова. В упорной борьбе за наследство с братом Акинфием Никита получил место под строительство заводов сначала на Среднем, а позже и на Южном Урале.

Кыштым. Вид заводских зданий со стороны пруда.

В 1795 г. сын Н.Н. Демидова и его полный тезка, Никита Никитич Демидов (младший), обратился к Екатерине II с жалобой и “всеподданнейшей” просьбой: “Дабы высочайшим Вашего императорского Величества указом повелено было… мою жалобу в Правительствующий Сенат принять… и от армии капитанов и заводчиков Ивана, Лариона и Николая Лугининых… милостиво меня защитить…”11

Что же не поделили купцы и заводчики?

Жалоба Н.Н. Демидова Екатерине II. 1795 г. Объединенный государственный архив Челябинской области.

Лихие 1790-е

В соответствии с жалобой весной 1794 г. Кыштымская заводская контора “нарубя куренных дров производила кладку из них куч и из сих выжешку угля”. “Заводские потребности… доходили до 40 тыс. кубических саженей в год. Углежоги круглый год жили в лесных землянках и шалашах, получая заработную плату меньше, чем работавшие в заводских цехах”12.

Заводская контора Лугининых заявила, что лес, где производились работы, находится “в принадлежащей к этому Златоустовскому заводу окружности”. Несмотря на обращение в Уфимское наместническое правление приказчиков Лугининых, работы демидовских углежогов на спорной территории продолжались полным ходом. Тогда “лугининцы” перешли к решительным действиям.

Сначала в лесу “зверским образом” было захвачено несколько мастеровых и “заводских служителей” неприятельского Кыштымского завода.

В заводской конторе Златоуста к пленным демидовцам обратились “со священническим увещеванием”, после чего часть отпустили, часть “скованных в ножные кандалы” направили в Уфимское наместническое правление.

Один же из мастеровых “придя в крайнюю робость неприметным образом… скрылся” и явился в Кыштымскую контору с подробным рапортом о случившемся13.

Кыштымский завод не сдался, работы продолжались. На это Златоустовский завод ответил новыми силовыми акциями. “Набрав более тысячи лошадей с потребным к тому числом людей…

из иноверческих селений знатным вооруженным саблями конвоем”, используя “произнесенные ругательства”, подчиненные “армейских капитанов” Лугининых отогнали вражеских “заводских служителей” и захватили “девятнадцать десятисаженных куч”, в которых выжигался уголь.

После чего “по меньшей мере четыре тысячи семьсот шестьдесят коробов сего угля составляющих, и со многою при том в дороге по торопливости растерею увезли… смело-отчаянно и нагло на Златоустовский завод”14.

Меры оказались действенными. По утверждениям владельца, на Кыштымском заводе “31-го числа генваря” 1795 г. остановилась домна. “Такова остановка домны последовала единственно только от наглого увоза… угля Лугиниными”.

Жалуясь на “своевольников” императрице, Никита Демидов добавлял: “Теперь выплавка в целый год уменшица может чугуна, по меньшей мере, семьдесят девять тысяч пятьсот пуд и что через сие казна Вашего императорского Величества лишится десятинной восьмикопеечной с пуда пошлины шесть тысяч пятьсот рублей. Да и я мог бы из такой суммы того чугуна выковать железа немало…”15

Район боевых действий между Демидовыми и Лугиниными. Карта 1800 г.

Спорное дело разбирал Сенат

Судя по бумагам, и в 1795 г. битва за древесный уголь в южноуральских лесах велась с прежним размахом. Кыштымский завод засылал на пограничную территорию новые и новые партии дровосеков и углежогов, Златоустовский завод встречал их “конно, людно и оружно”.

В июне на спорное с Лугиниными место, “как они присвояют совсем несправедливо своим”, прибыл “лугининский служитель” Ефим Ларионов “с шестью человеками заводских своих людей” с дворянским заседателем земского суда города Троицка и “со многим числом башкирцев”.

Используя подавляющее превосходство в вооруженной силе и поддержку местной администрации, приказчик Ефим Ларионов, как мог, защищал интересы заводчиков Лугининых, преследуя по лесам рабочих конкурирующего завода, захватывая в плен руководителей работ и устрашая рядовых исполнителей.

Показательный эпизод, напоминающий не столько стадию промышленного освоения Южного Урала, сколько будни локальной феодальной войны, произошел в середине июня 1795 г.

В усадьбе Демидовых под Гатчиной археологи нашли Храм солнца

“Нечаянным образом оной же лугининской служитель Ларионов с называющимся заседателем Каримовым в безобразном пьянстве и с приглашением или взятием к себе какой-то волости башкирцев во многом числе состоящих…

напав вдруг к работам и выхватя в таком неистовстве или лучше бешенстве из ножен саблю, которою махав с необычайным криком как работным людям, так и имеющимся за надзиранием работных… людей служителей…

Егора Шипулина, Дмитрия и Трофима Широковых, Лаврентия Пискунова, Александра Седельникова, тирански избивши и всех пятерых перевязав и заклепав в колодки… повезли на тот же Златоустовский завод, от таковых противозаконных и необычно наглых… поступков…

из бывших моих при том курене работных людей от такова великого страху разбежалось множество, и теперь где они кроются и живыми ли находятся, еще неизвестно…”16.

Однако если Лугинины успешно действовали в полевых условиях южноуральского пограничья, Никита Демидов не менее успешно отстаивал свои интересы в кабинетах чиновного Петербурга, оспаривая границы лесных угодий соперников. Спор между уральскими заводчиками разбирал правительствующий Сенат, причем служебная переписка между высшими чинами империи продолжалась довольно долго, добавляя новые подробности конфликта.

Симбирский и Уфимский генерал-губернатор С.К. Вязьмитинов, предоставивший Сенату рапорт по делу Демидовых и Лугининых.

Из рапорта “генерал-порутчика, сенатора, правящего должность симбирского и уфимского генерал-губернатора, начальствующего войсками оренбургского корпуса и кавалера” графа Сергея Кузьмича Вязьмитинова (Вязмитинова) можно понять, что спорное место, в котором “порубка кыштымскою заводскою конторою леса для сожжения угля учинена”, каждым из конкурирующих заводов считалось своим собственным “по неоспоримому праву”. “Лугининский поверенный” Ларионов вместе с вооруженными “башкирцами” вывозил уголь коробами не просто так, “нечаянным образом”, а по решению Троицкого и Екатеринбургского нижнего дворянского суда, в лице своих заседателей передавших в 1794 г. “господам Лугининым” все произведенное в спорных лесах “до утверждения правовладения”17.

Как крепостной Клементий Ушков заставил Демидовых отпустить его на свободу

Ситуация с лесом в этом деле имела определяющее значение. Еще когда свой “железный” завод ставили “заводчики Мосоловы” в октябре 1754 г.

“командир шихтмейстер” Алексей Степанов “приехал в оный Златоустовский завод и осмотрел окружающие его леса, кои большей частью березовые, осиновые и еловые малорослые… они же против сибирских лесов несравнительны…”18.

Поэтому заводу было отведено леса окружностью в тридцать верст – и “еще в добавку за тридцати верстами… где найдутся способные леса… чтобы их для такового пространного завода на шестьдесят лет стало…”19.

Жжение угля кучным способом.

Неутешительные итоги

“Способного” леса не хватило и на сорок лет.

Хотя власти стремились в пятидесятиверстной окружности от горного завода “к строению железных, медных и других горных заводов не допускать”, частное предпринимательство стремилось только к прибыли.

Уже построенный Лугиниными медеплавильный завод на реке Миасс пользовался той же “лесной дачей” что и “главный” Златоустовский завод. Были и другие охотники использовать редкий в этих краях “способный” лес.

Зачем Демидов построил на Урале падающую Невьянскую башню

В начале XIX в. Златоустовские заводы были переданы в казну, а еще через сто лет “способный” лес на Урале кончился совсем. “Заводы, как здесь говорят…

сильно обрубились, то есть вырубили леса вокруг себя”20. Результатом безудержного использования ресурсов стало то, что уже в начале ХХ в.

уральские заводы предлагалось уничтожить, срыть и “вновь их построить с другим географическим расположением”21.

На Южном Урале горные заводы как самостоятельные центры экономического и культурного развития существовали недолго.

Заводы зависели от своих владельцев, а леса стали свидетелями и жертвой развязанной заводчиками “междоусобной” войны, победа в которой стала поражением не отдельных промышленников, но промышленности огромной страны в целом. Тем не менее некоторые из созданных тогда заводов работают и по сей день.

Редакция выражает благодарность за помощь в подготовке материала заместителю директора Объединенного государственного архива Челябинской области Н.А. Антипину.

Под Тагилом нашли печи, в которых плавили серебро для Демидовых

1. Иванов А.В. Горнозаводская цивилизация. М., 2014. С. 15.

2. Леднев В. Уральские заводчики Лугинины и их потомки // Урал. 2002. N 12.

3. Черкасова А.С. Рождение индустриальной цивилизации Урала и Демидовы. XVIII век // Культура индустриального Урала (XVIII-XX вв.). Сб. статей. Екатеринбург, 2010. С. 5-6.

4. Объединенный Государственный архив Челябинской области (ОГАЧО). Ф. И-227. Оп. 1. Д. 93. Л. 414.

5. Там же. Л. 405об.

6. Там же. Л. 185.

7. Лугинин Илларион (Ларион) Иванович // Тульский биографический словарь. Тула, 1996. Т. 1. С. 326.

8. ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 93. Л. 405.

9. Черников В.Г. Год рождения 1757. Хроника Нижне-Кыштымского завода от Никиты Демидова до Александра Вольхина. Екатеринбург, 1997. С. 9.

10. Литвер Л. Вековая сила // Миссия. 2017. N 6 (142). С. 20.

11ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 93. Л. 99об.-100.

12. Черников В.Г. Год рождения 1757. С. 12.

13. ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 93. Л. 87.

14. Там же. Л. 87об.

15. Там же. Л. 87-88.

16. Там же. Л. 97об.-98.

17. Там же. Л. 125-125об.

18. Там же. Л. 182.

19. Там же.

20. Озеров И.Х. Горные заводы Урала. М., 1910. С. 4.

21. Там же. С. 7.

Источник: https://rg.ru/2020/02/10/rodina-demidovy-protiv-lugininyh.html

Демидовы на Урале

Демидов Никита, русский промышленник. Демидовские заводы на Урале

Знаменитая династия купцов и промышленников Демидовых, основателей оружейной отрасли в этом старинном городе, берет свое начало именно с простого кузнеца, мастера молота и наковальни.

Династия Демидовых славилась благотворительной деятельностью, в частности, учредив в свое время премию и лицей своего имени.

В память о заслугах представителей династии и в ознаменование векового юбилея горного дела в Барнауле и Ярославле в XIX столетии были торжественно установлены специальные обелиски — Демидовские столпы, а в Санкт-Петербурге в честь Демидовых назван мост на канале Грибоедова. История династии Демидовых в популярном изложении знакома российскому кинозрителю по одноименному фильму 1983 года.

Основатель династии

Основатель семейства уральских горнозаводчиков и тульских оружейников Демид Антуфьев работал в Туле кузнецом.

Вместе с сыном Никитой он упоминается в официальных списках тульских оружейников в 1676 году и числится по специальности «ствольных завар-щиков».

От качества ствола в огнестрельном оружии зависит немало, и династия Демидовых в итоге «выстрелила», попав точно в «яблочко» круга величайших предпринимателей земли Русской.

Демид Антуфьев происходил из государственных крестьян и приехал в Тулу из села Павшино. Он работал кузнецом при тульском оружейном заводе и скончался в 1664 году, когда его сыну Никите было восемь лет.

Никита Антуфьев – Демидов сын

По сравнению с братьями Семеном и Григорием Никита (1656-1725) оказался наиболее целеустремленным и предприимчивым в их семье, унаследовав в полной мере и ремесло отца, и его таланты. В 1690-е годы он уже владел в Туле профильным предприятием и являлся оружейным мастером Преображенского полка (1695).

Дальнейшее его продвижение историки связывают со знакомством с царем Петром I, о котором сложено немало преданий. Однако можно с уверенностью предположить, что образцы ружей тульского мастера пришлись Петру по сердцу, и он поручил ему поставки оружия в армию на период Северной войны со шведами.

Никита Антуфьев выпускал продукцию дешевле заграничных аналогов, не уступая им в качестве, поэтому царь в 1701 году передал ему в собственность бывшие стрелецкие владения под Тулой вместе с участком для угледобычи.

А 4 марта 1702 года Петр I подписал указ о передаче Невьянского производства «оружейного железного дела мастеру» Никите Демидову, владельцу железоделательного завода в Туле, обязав промышленника выкупить их за пять лет и даровав право покупать на работу крепостных крестьян. И вдобавок выдал именную грамоту: отныне вместо Антуфьева зваться Никите благозвучнее, по отцу – Демидовым!

Царь очень ценил этого оружейника, с которым познакомился несколькими годами ранее. Существует ряд легенд о первой встрече Петра I и Никиты Демидова.

Вне зависимости от того, насколько верны сохранившиеся предания, достоверно известно, что самодержец сделал его поставщиком оружия для русской армии во время Северной войны.

Качество производимого продукта было высоким, потребность в нем все возрастала, и государь, видевший в сотрудничестве с Демидовым залог будущей окончательной победы, расширял его привилегии. Передача казенного Невьянского завода с условием поставок государству железа в течение пяти лет явилась одним из многих примеров взаимовыгодного сотрудничества между предпринимателем и царем.

Демидовские заводы на Урале

Никита Демидов развернул на Урале кипучую деятельность по созданию новых предприятий. К концу 1710-х — началу 1720-х годов он построил там несколько железоделательных заводов. Среди них был и Быньговский завод, заложенный в семи верстах от Невьянского в 1718 году. По некоторым данным, с 1731 года в Быньгах действовала первая в России фабрика по производству кос.

Дело отца продолжил его старший сын Акинфий. На одной из карт 1730-х годов огромная территория демидовских владений с центром в Невьянском заводе обозначена как «ведомство Акинфия Демидова». Отец и сын постарались на славу. О том, какое наследие они оставили и что происходило с ним впоследствии, написали авторы книги «Невьянск», увидевшей свет в 1982 году:

«После смерти Акинфия Демидова в августе 1745 года осталась промышленная „держава“, состоящая из 22 заводов железных и медных (не считая трех алтайских, отобранных в казну), 96 рудников, 36 сел с многочисленными деревнями, 3 пристаней, более 36 тысяч рабочих и служащих.

Не желая делить свое „ведомство“ на части, Акинфий Демидов завещал все заводы младшему сыну Никите. Но другие сыновья сочли себя обиженными. Тяжба между наследниками Акинфия Демидова тянулась больше десяти лет. И только 1 мая 1758 года сыновья вступили во владение своими заводами.

Невьянская часть с заводами Невьянским, Быньговским, Шуралинским, Верхнетагильским, Шайтанским и другими досталась старшему— Прокофию… Когда вскоре после вступления П. А.

Демидова во владение своей частью наследства Берг-коллегия запросила его о состоянии Невьянских заводов, то Прокофий на это ответил: „В тамошних заводах быть мне не случалось, и затем, какие оные заводы имеют тягости и какое к тому вспомоществование потребно, ныне я показать не могу“».

Демидов Акинфий Никитич

Начальная история Быньговского завода связана с именами первых Демидовых. Большую роль в становлении местного производства сыграл сын родоначальника промышленной династии Никиты Демидова Акинфий Никитич. Акинфиевы сыновья прославились преимущественно деяниями в области коммерции и благотворительности, а также столь свойственными XVIII веку «чудачествами».

Акинфий Демидов родился в 1678 году в Туле, где находились предприятия его отца Никиты. Изучив горнозаводское дело в «домашних» условиях, он отправился за границу для стажировки на литейных заводах Саксонии.

Во время этого путешествия, в городе Фрейбурге, Акинфий Никитич приобрел богатую минералогическую коллекцию. Впоследствии эта коллекция, дополненная уральскими и сибирскими экземплярами, была передана его детьми через И. И.

Шувалова в дар Московскому университету.

Кнутом и циркулем

Акинфий Демидов с юных лет являлся правой рукой своего отца. Еще при его жизни он управлял Невьянским заводом, деятельно взялся за постройку завода в Быньгах.

Унаследовав после смерти Никиты Демидова семейное дело, будущий знаменитый уральский промышленник продолжил отдавать ему все свое время и силы. В одном из писем к А. Д. Меншикову он писал, что фабрики, как малые дети, требуют постоянного внимания.

Не щадя себя, владелец заводов того же требовал и от других. Биографы свидетельствуют прежде всего о жестокости Акинфия.

Наряду с жестокостью и коварством для Никиты и Акинфия Демидовых характерны глубокое знание горного дела, умение понять и применить новейшие формы организации металлургического производства, стремление к оснащению предприятий по последнему слову техники.

Библиотека Акинфия Демидова

Очень яркой чертой, характеризующей Акинфия Демидова, является его книжное собрание. В библиотеке промышленника насчитывалось 441 наименование «книг русских и немецких». Часть иностранных изданий была приобретена во время европейской поездки Демидова, отдельные книги, видимо, выписывались впоследствии.

Значительную долю библиотеки составляла религиозная литература, в ней присутствовал почти полный «круг» богослужебных книг. Конечно же, значительным являлось и собрание изданий по металлургическому производству. Из прочей литературы Акинфий Никитич отдавал предпочтение историческим сочинениям и описаниям путешествий.

Встречались в его библиотеке педагогические и назидательные труды (для воспитания наследников, достойных дворянского звания), образцы «развлекательной» литературы (оперные либретто, описания фейерверков, материалы по коронационным торжествам и т. д.).

По количеству и своему составу библиотека Акинфия Демидова отличается от известных купеческих книжных собраний первой половины XVIII века и может быть сравнима с некоторыми библиотеками представителей светской знати послепетровского времени. Эта библиотека дает непосредственное представление о книжных интересах зарождающейся русской промышленной буржуазии.

Получив дворянство от Петра I еще в 1720 году, Демидовы смогли покупать крепостных рабочих для своих заводов, поскольку в России в то время владеть крепостными могли исключительно дворяне.

Однако еще довольно долго часть демидовских людей формально числилась свободными. В 1737 году Акинфий обращался в правительство с просьбой считать всех его рабочих крепостными.

Подневольное состояние работников давало промышленнику гораздо больше возможностей для лучшей организации производства.

В 1740 году Акинфий Демидов получил чин статского, а в 1744-м — действительного статского советника. Согласно Табели о рангах, это было очень высокое звание, соответствовавшее званию генерал-майора в армии и придворному чину камергера.

В том же году указом императрицы Елизаветы Петровны было объявлено, что Акинфий находится под особым покровительством государыни. Воля императрицы ставила его в исключительное положение среди промышленников и магнатов. Однако в полной мере воспользоваться привилегиями Демидов не успел.

Он умер 5 августа 1745 года по пути из Санкт-Петербурга в Сибирь — близ села Яцкое Устье, что на реке Каме.

Наследники Акинфия Демидова

Акинфий Демидов был женат дважды: в первый раз — на дочери купца Тарасия Коробкова Авдотье, а во второй, с 1723 года, — на Ефимии Ивановне Пальцевой. От первой жены он имел сыновей Прокофия и Григория, от второй — Никиту.

Итогом долгих семейных тяжб, имевших место после смерти Акинфия Демидова, стала передача основной части наследства старшему сыну Прокофию.

Его, как и других сыновей Акинфия, часто относят к числу представителей промышленной фамилии, оказавшихся своего рода переходным «звеном» от первых Демидовых, основателей уральских заводов, к тем поколениям династии, которые на заводах не жили, в горном деле не разбирались и являлись, по замечанию знатока истории черной металлургии С. Г. Струмилина, лишь «пенкоснимателями». В то же время Прокофия Демидова, «заводчика поневоле», как удачно окрестил его невьянский краевед А. Карфидов, нельзя назвать пустым «прожигателем жизни». Он успешно занимался коммерцией, при этом жертвуя огромные суммы на благотворительность, изучал ботанику, выступая в этом деле и искусным практиком.

«Чудачества» П. А. Демидова

Однако гораздо большую известность принесли П. А. Демидову его «чудачества». Современники описывали известные выезды «куриозника», собиравшие толпы зевак.

Обычно из ворот демидовской усадьбы выезжал возок ярко-оранжевого цвета, запряженный шестеркой лошадей: две пары были обычными крестьянскими клячами, а одна — чистокровными скакунами. На лошадях сидели наездники — карлик и великан.

Процессию сопровождали многочисленные псари со стаей собак всевозможных пород: от карманных болонок до огромных догов.

И наездники, и псари были одеты в самые нелепые платья: одна половина одежды — шелковая, расшитая золотом, другая — из рогожи; на одной ноге — башмак, на другой — лапоть. Вершиной «чудачества» являлись очки, которые можно было наблюдать не только на людях, но и на собаках с лошадьми.

Яковлевы

В 1769 году завод в Быньгах, как и другие невьянские заводы, был продан за восемьсот тысяч рублей его владельцем Прокофием Демидовым коллежскому асессору Савве Яковлевичу Собакину, впоследствии сменившему фамилию на Яковлев.

С. Яковлев вывел на новый уровень бывшее демидовское производство. Из наблюдений невьянского краеведа А. Карфидова:

«К началу 1780-х годов Савва Яковлев владел огромной горной „империей“ на Урале, по размерам и производственным мощностям не уступавшей знаменитому „ведомству Акинфия Демидова“.

Его заводские дачи включали в себя 2 млн гектаров, выпуск чугуна в 1783 году составил 1275000 пудов. Все заводское хозяйство оценивалось в огромную сумму — почти 7 000000 рублей.

По количеству заводов — всего 22 — Яковлев сравнялся с Акинфием Демидовым».

После смерти Саввы Яковлева лучшая часть его наследства, в которую входил и Быньговский завод, досталась старшему сыну Петру.

Источник: https://posmotrim.by/article/demidovy-na-urale.html

Бизнес
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: